неблагосклонно относится к увлечению сына и по слухам, даже сократил тому ежемесячные расходы до минимума. Но Ричард азартен и любит играть. Он способен проиграться в пух и прах, наделав долгов, по которым не сможет расплатиться. Только если рядом не окажется в нужный момент той, что подскажет к кому обратиться. А дальше…
— И разумеется, этим некто будешь ты? — перебила Эмилия, — не слишком ли сложно? Куда проще пустить франту пулю в лоб, заставив родителей убиваться от горя.
Эмилия оправила платье перед зеркалом, улыбаясь отражению. Заученно и мило, но никому бы и в голову не могло прийти, что улыбка неискренняя — так она располагала к себе.
Это всего лишь игра. И только. Ровная спина, мягкие, плавные жесты рук. Румянец на щеках и блеск в глазах, возникающий после мало-мальского выигрыша. Потолкавшись несколько вечеров среди посетителей игорных заведений, Эмилия уже мысленно разделила находящуюся публику на несколько категорий. И теперь с лёгкостью определяла, к какой из них относился тот или иной игрок, садящийся за стол с картами в руках. Разумеется, прогресс был бы не так явен, если бы не подсказки Максимилиана, принимавшегося препарировать увиденных ими людей после того, как они покидали игорное заведение. Всегда сначала она и держась немного позади — он. Так близко, чтобы не упускать из виду и не дать уйти.
«Случайное» столкновение с Ричардом прошло как по маслу. Эмилия со вздохом после проигрыша встала из-за игорного стола, едва ли не нос к носом столкнувшись с франтом. Блеск в глазах и огонёк узнавания — мужчина вспомнил девушку, виденную им ранее.
— Не желаете сыграть?
— Увы, не сегодня. Сегодня удача отвернулась от меня.
— Может, тогда побудете госпожой удачей для простого скромного игрока?
— В другой раз, если судьба снова сведёт нас вместе.
Многообещающая улыбка Эмилии возымела нужный эффект — франт приосанился, приготовившись сражать наповал всех присутствующих своим мастерством. Жалкий позёр, проматывающий деньги отца в заведениях среднего и низкого пошиба. Для подобных ему в приличных игорных домах было слишком… чинно и благородно. Слишком ярок был свет и слишком чисты были столы. А игроки считали ниже своего достоинства мошенничать и играть нечестно. Те джентльмены сорили десятками тысяч с видом человека, потерявшего пуговицу и забывшего об этом сразу же.
Ричарду же было важно впитывать витающий азарт кожей, вдыхать носом аромат духов, выпивки и запах человеческих тел. В решающий момент, когда оставалось бросить на стол последнюю карту, он любил кидать её с победным возгласом, лихо заворачивая углы. По сути, это был человек, только вставший на наклонный путь. Но все признаки грядущего упадка столь явно читались на его лице, что сомнений не оставалось — он кончит свои дни где-нибудь в придорожной канаве, когда попытается надуть кого-то, превосходящего его мастерством.
— Как игра? Вам везёт? — раздался над ухом Эмилии развязный голос. То был один из вечеров «затянувшей рыбалки», уже начинавшей надоедать Эмилии.
— Я только прибыла и ещё не успела распробовать её на вкус.
Эмилия улыбнулась к Ричарду.
— Не думал, что увижу вас в подобном месте.
Трактир с гостиничными номерами был мелковат и грязноват. Девушке хотелось убраться отсюда как можно быстрее, чтобы не пачкаться о сальные взгляды и витавший в воздухе густой смрад человеческих пороков и страстей.
— Отчего же? Иногда надоедает носить маску благопристойности.
Глаза Ричарда сверкнули.
— А где же ваш… спутник?
— Надеюсь, что в ближайшем будущем жизнь не сведёт нас с ним вместе, — уклончиво ответила Эмилия.
— Тогда позвольте угостить вас выпивкой…?
В воздухе повис невысказанный вопрос.
— Амелия, — представилась девушка, не желая, чтобы её имя звучало в устах подобного ветреного и неприятного типа.
— Необыкновенное имя. Как и вы. Не видел вас в городе раньше. Откуда вы прибыли?
— Боюсь, название того захолустья вам мало что скажет…
Перебрасываться ничего не значащими фразами с Ричардом было проще простого как и играть слегка ветреную, увлекающуюся натуру. Гораздо сложнее было с каждой встречей сдерживать себя, чтобы не развернуться и не убежать прочь от мужчины, намеренно становящегося слишком близко, когда она сидела за игорным столом или подолгу держащего его руку в своих ладонях на прощание.
Вот только показывать Максимилиану насколько противен ей Ричард она не собиралась. Хотел ловить свою рыбёшку, используя её как наживку? Пусть ловит дальше. Но не забывает при том улыбаться, подобно Эмилии. Уж слишком мрачен был его вид с недовольно поджимающимися кверху губами, когда девушка начинала болтать вечерами, пересказывая ему весь тот бессмысленный и ничего не значащий вздор, что нёс Ричард. Ей доставляло какое-то невероятное удовольствие наблюдать за тем, как менялось выражение глаз Максимилиана, когда она говорила, что скоро Ричард будет таскаться за ней следом, словно собачонка.
Максимилиан не желал ни с кем делиться своей игрушкой — но не желал признаваться в этом и самому себе, упорно продолжая придерживаться намеченного им же гибельного курса. Два упрямца сталкивались лбами на небольшом пространстве гостиной вечерами и пылали изнутри недовольством. Но на лице одного из упрямцев расцветала улыбка, а второй сидел, насупившись. Что стоило бы произнести несколько слов и разрубить узел? Но вопреки здравому смыслу каждый тянул концы верёвки на себя, затягивая его ещё туже.
* * *
— Мы постоянно крутимся рядом, но вокруг разных столов. И ещё ни разу нам не доводилось играть вместе, — вальяжно произнёс Ричарад, прихлёбывая спиртное, облокотившись на стул Эмилии.
— Вздор. В тот единственный раз я вас обыграла, потому вы делаете вид, что не помните. У мужчин избирательная память, только и всего.
— Вот как? Не помню… На самом деле не помню.
— Мечтаете взять реванш? Давайте сыграем. Но помните, что удача сидит у меня на левом плече и нашептывает мне на ушко, какой картой бить ваши.
Карты летели на стол одна за другой. Денежный выигрыш перекочевывал от одного края стола к другому… В последний раз повезло Эмилии, но она, якобы одержимая азартом, произнесла кокетливо:
— Ставлю всё. И надеюсь в этот раз сделать вас, дорогой Ричард, банкротом. Раздавайте.
Вот незадача. Карты не шли. С её набором невозможно было обыграть даже новичка, не то чтобы прожжённого игрока, как Ричард. Мужчина довольно рассмеялся, знаком подзывая официанта.
— Не расстраивайтесь, Амели. В следующий раз вам повезёт.
— Будь у меня хотя бы что-то, что я могла поставить на кон, я бы сделала это немедля. Потому что уверена как никогда ранее. Фортуна на моей стороне.
Эмилия запустила руку в кошелёк и вздохнула. На дне его покоилась лишь одна монетка.
— Может, поставите на кон что-нибудь другое? —
